Тот мужчина? Как только он увидел, как на меня подействовали его слова, он тут же взял их обратно. Но уже было поздно. Я купила билет на Марс. Когда я прилетела, я получила приглашение Ааронсона, и вот сейчас это путешествие, которое закончится… неизвестно где.

Уайлдер обнаружил, что держит ее за руку.

- Не надо, - сказала она, высвобождаясь, - не надо ни слов, ни прикосновений. Не надо жалости, и жалости к себе - тоже не надо.

В первый раз за все это время она улыбнулась.

- Странно, не правда ли? Я всегда думала, как приятно будет когда-нибудь услышать правду и прекратить весь этот маскарад. Как я заблуждалась. Это совсем не приятно.

И она повернулась и уставилась в плещущую за бортом черную воду. Когда несколько часов спустя она наконец обернулась, Уайлдера уже не было. Он ушел.

На второй день свежее течение подхватило яхту. Они проплыли мимо длинной цепи гор, остановились на завтрак в старом монастыре, снова двинулись дальше и вечером поужинали в каких-то развалинах.

Они почти не говорили о пропавшем городе. Они были уверены, что никогда не увидят его.

Но на третий день путешественники ощутили приближение чего-то таинственного.

Поэт выразил это так: "Не Господь ли Бог там что-то напевает?"

- Какой же ты мерзавец, - сказала его жена. - Неужели ты не можешь говорить простым языком?!

- Слушайте, черт возьми! - воскликнул поэт. И они прислушались.

- Не кажется ли вам, что мы стоим на пороге гигантской кухни, где огромные теплые руки замешивают тесто, где пахнет требухой и свежей кровью, где Боженька готовит обед для праздника жизни? Он варит в солнечном котле цветущую жизнь для Венеры, в этой бочке он готовит студень из сердец и костей животных, живших миллиарды лет назад.